Галерея

26/05.2011

Говорить «Россия и Украина едины» то же, что говорить «Бетховен - великий композитор».

Интервью для газеты "2000".

1. Вы специальный представитель президента по развитию международному культурному сотрудничеству. С какими странами налажены самые тесные связи и стоит ли перед Вами задача создания положительного образа России?

- Основная задача моей должности – создание образа современной страны. Все европейские государства, все департаменты международного культурного сотрудничества в странах Европы тратят на это серьёзные деньги. Германия, Италия, Испания и даже те страны, которые раньше не расходовались на международное культурное сотрудничество, теперь выделяют ресурсы, чтобы сделать вклад в мировую культуру.

С кем самые тесные связи? Больше всего, конечно, мы сотрудничаем с Украиной, Белоруссией, Казахстаном – их следует называть странами нового зарубежья. И с Грузией мы общаемся. После августовских событий 2008 года я уже в сентябре по работе был в Тбилиси. Это было тяжелое испытание, страшнее придумать трудно…

Так вышло, что у меня сложились добрые отношения на всей территории постсоциалистического лагеря: от Болгарии до восточной Германии. Много работаю со странами Большой Восьмёрки.
Например, в апреле мы проводили со специальными гостями в Лондоне мероприятие, где были 50 новых авторов, которые будут представлять Россию. И должен сказать, что эти авторы представляли разные спектры работ, от Сорокина до Пелевина. Поэтому, если мы говорим о позиционировании современного искусства, я отвечаю за все ходы в этом направлении, за результаты этого сотрудничества. То, что мы делаем - это представляем современный образ России одновременно и западным культурам, и Украине. Показываем, что существует концептуальное искусство, и я полагаю, что оно представляет безусловную свободу творчества.

2. Сегодня Вы больше шоумэн или чиновник?

- Да я не знаю, очень трудно определить вот так. Но, строго говоря, конечно, я чиновник. Потому что почти 20 лет назад я пришел в чиновническую профессию и очень много узнал интересного о жизни, о людях. Я не считаю, что чиновники – это враги народа, в то время как у нас считается, что если ты чиновник, то ты вор, коррупционер, бандит, мерзавец и вообще всё на свете самое плохое. Я работал в министерстве культуры с 91-ого года и должен сказать, что среди чиновников, с которыми я работал, было много умных, талантливых, серьёзных людей, которые любили свою работу и своё Отечество. И на Украине такое же их количество, как и в России, поверьте мне. Поэтому, когда утверждают, что все чиновники мерзавцы, я в это все не верю.

А мои телепроекты – это не хобби, а отдельная сфера моей деятельности. Я почти 20 лет занимаюсь государственным управлением в сфере культуры. Я руководствуюсь управлением, которое веду, поскольку иногда послушный человек , эдакая овечка, может добиться большего, чем остальные.

3. Вам не кажется абсурдным высказывание «Культура требует управления»?

- Я спорю с этим всегда, потому что управленцы в культуре должны развивать среду, они должны создавать условия для творчества, для свободного духа творчества. Это самое главное. Я достаточно тщательно изучал украинскую конституцию, как и российскую, так вот эти две идеи – свободный доступ граждан культуре и свободное творчество - они конституционно прописаны в наших странах. Поэтому, я считаю, дело управленца – создать среду. Культура рождается «среди», она не может быть отдельно. Это как функциональная идея – её нельзя придумать, она должна вырасти, и для того, что бы она выросла, надо создать условия для такого роста.

- Приходилось ли Вам разрываться между позицией гражданского деятеля и Вашей человеческой позицией?

- Я не говорю то, что не думаю, но не всегда говорю абсолютно всё, что думаю. Дело в том, что люди-политики занимаются возможным. Политика – это искусство возможного. А люди творческие - они занимаются невозможным. Творчество – искусство невозможного. В этом разница.

Интервью для газеты "Сегодня"

4. В чём специфика сотрудничества между Россией и Украиной?


- Самое трудное – это понять, что мы две разные страны при том, что мы связаны очень тесно. Сложный психологический феномен. То есть дело не в деньгах, не в каких-то человеческих контактах, дело в том, что нужно и важно привезти из России в Украину и что важно привезти из Украины в Россию, какие именно контакты развивать, где нужна помощь государства, а где государство должно отступить. Говорить «мы едины» - это как говорить «Бетховен великий композитор». Конечно же, мы едины в истории, по корням. Но важно понять, как сегодня позиционировать Россию в Украине и как Украину позиционировать в России. Мы знаем о всех политических событиях в Украине, общественность следит за этим. Но, например, театр Франка, театр Заньковецкой или театр Леси Украинки не достигают российского телевидения, как и театр Абхазии. А вот российская культура представлена в Украине шире, чем украинская культура в России. Исторически так сложилось.

Да, всегда есть свои подходы, свои институты и политика. В России есть свобода слова и творчества, хотя – да, культура регулируется властью. Но это и хорошо. Серьёзных ограничений, которые мешали бы развитию культуры, я не вижу.

Я не предлагаю Украине брать за основу российскую модель управления - в России то управление, которое сложилось за последние 20 лет, как и в Украине есть свое управление, которое сформировалась за эти годы. Это стратегия выживания. И Украина строит свою стратегию выживания в 21 веке. Она ищет нормального партнёрства, и в этом смысле Россия не худший партнер. Во всяком случае, по многим параметрам менее требовательный, чем европейцы.

Кстати, за последнее время Украина стала абсолютно дружественной, хотя всегда наши народы были дружны. И восприятие в России украинской культуры изменилось, и это не пропаганда.

5. Что или кто для Вас сегодня представляет украинскую культуру?

- С Украиной меня связывают и общие семейные могилы в Винницкой области и в Одессе, и братские могилы. Поэтому Украина для меня место святое. Для всей нашей семьи Украина – вторая родина. И у меня много друзей здесь, начиная с Богдана Ступки, Олега Богуцкого, Дмитрия Табачника… Могу называть полправительства Вашего. С другой стороны - Михаил Резникович и театр Леси Украинки, полтеатра Ивана Франка, филармония, артисты эстрады Таисия Повалий, Ани Лорак, много писательниц, с которыми сводила жизнь и которых я очень уважаю, и считаю, что они объяснили мне многое про Украину. С удовольствием читал Олеся Бузину. Украина – это очень талантливая страна, как и Россия, в ней масса всего.

6. Вы производите впечатление абсолютно бесконфликтного человека. Это действительно так или у Вас есть враги?

- Я не могу сказать, что у меня есть враги, однако, определенно существуют противники. Я демократ и не поддерживаю идею патриотический полярности, потому что речь идёт о возможных путях строительства государства и экономики страны. Почему я говорю, что я либерал, потому что я считаю, что развитие креативных людей в стране – это развитие общества. Они могут не быть министрами, но они должны иметь право на генерирование собственных идей. Сегодня, когда мы говорим об инновациях, мы не можем говорить о них без креативных идей. Это даже не вопрос прав человека, это вопрос производственной необходимости и это абсолютно разные вещи. Формирование среды для развития творческих людей, это вопрос не защиты, а развития. У нас, к сожалению, это не всегда понимают.

7. Ваш проект «Театр мюзикла» - воскрешение репертуарного театра России и бродвейского колорита. Думаете, за ним будущее?

- Мне через несколько месяцев будет 63 года, сколько жить осталось - я не знаю, но хочется, что бы эти последние годы прошли весело. И это для меня такой fun, при том, что я считаю, что нам тягаться с Бродвеем бессмысленно и глупо. Они умеют делать то, что они действительно умеют и делают это лучше нас. Но соединить славянскую трогательность с бродвейским классом можно попробовать. Если в зале будут плакать и смеяться, радоваться жизни и думать о том, что жизнь прекрасна, то я смогу сказать, что достиг своей цели и начну спокойно двигаться в направлении… известно, куда двигаются люди после 60 лет. Напоследок могу сказать, что когда мы заканчивали программу «Жизнь прекрасна», я сказал: «Ребята, на моих похоронах, пожалуйста, играйте песню «Проснись и пой». Жить надо в радости. Люди иногда ругают жизнь. Она тяжелая, действительно тяжелая. Но она единственная, поэтому к ней надо относиться как к благу. Если мы создадим приличный музыкальный театр, который будет радовать людей, это есть хорошая жизненная задача.

Дружеский ужин в клубе "Сковорода"